Новости культуры и искусства

Бесбютжетные короткометражки – как выжить украинскому кино?

Рубрика: Кино и ТВ
Метки: |
Воскресенье, 5 февраля 2012 г.
Просмотров: 920

Трое парня в пятницу вечером придумали конкретный план куда им идти, зато целый вечер (или точнее — 7 минут короткометражки «Пятница» из цикла «Мудаки. Арабески») лузгают семечки. По словам режиссера Юлии Шашечной, можно ничего не делать и быть мудаком.

Языковед Леся Савицкая в «Коротком словаре жаргонной лексики украинского языка» очерчивает слово «мудак» в частности как вульгаризм, который имеет два значения, : «1) наивный человек; 2) глупый, ничтожный, вредный человек». Издрык в «Воццеку» утверждал, что мудаками являются практически все. А режиссер Владимир Тихий, продюсер проекта «Мудаки. Арабески», акцентирует, что мудак — человек, который|какой| упрямо прется к какой-то бессмысленной цели, выявляет инфантильность, «все понимает, понимает, но все равно не принимает. А почему? А потому, что я вас не люблю».

Молодые украинские режиссеры (Владимир Тихий, Вера Яковенко, Иван Тимшин, Юрий Ковальов, Юлия Шашечная, Анатолий Лавренишин, Дмитрий

Коломойцев, Мирослав Слабошпицький, Роман Бондарчук, Жанна Довгич и Аксиня Курина) создали жесткий, а в то же время пронзительный социальный киноальманах, который очерчивают как условный «антипод карамельного «Париж, я люблю тебя«. «Мудаки Арабески», что их презентовали во Львовском дворце искусств, диагностируют такую болезнь современного украинского общества, как социально-культурный нигилизм. Авторы «Мудаков Арабесок» планируют новый кинопроект — »Украина, гуд бай«!, о проблемах эмиграции.

Короткометражки создавали практически без бюджета — снимали на цифровые носители, актеры работали бесплатно, а вместо съемочных павильонов просились в квартиры жителей (но вот гроб для фильма «Бабушка» люди впускать не хотели).

По словам Владимира Тихого, идей для лент было очень много. И все они, отмечу, любопытные (мужчина подавился фисташкой после телесюжета, из которого понял, что трусы, в которых он одет, пошили узники; таксист вынужден целую ночь провести в машине с

пьяно-сонной пассажиркой; под стать цепляется хулиган — тест на поведение за эпизодом из «Рекреаций» Юрия Андруховича...). Однако слабое звено значительной части фильмов — невыразительная актерская игра, не эмоциональное озвучивание и неестественный украинский язык.

О «Мудаки. Арабески» в контексте современного кинопроизводства — в разговоре с Владимиром Тихим.

Одна из главных проблем отсутствия украинского кино — безынициативность кинематографистов. За много лет они привыкли, что все происходило четко по указанию, и это максимально и прибило инициативность. За 19 лет выросло новое поколение, но оно все равно безынициативное. Мы столкнулись с тем, что есть интересные истории, есть люди, которые имеют за плечами не один год или и десятки лет труда в клипах, рекламных проектах, телепроектах. Однако они не готовы полностью самим отвечать за то, что делают, а не оправдываться: мол, продюсер выдвинул условие, чтобы привлечь конкретную актрису. В «Мудаках. Арабесках» так уже не удастся, и

предпринять абсолютно самостоятельный шаг не все смогли.

— Заключили ли Вы условную классификацию мудаков на основе альманаха?

— Скорее можно говорить о классификации обстоятельств, которые вынуждают делать по-мудацки. К сожалению, у нас этих ситуаций очень много. Каждый раз, выходя на улицу или даже сидя перед телевизором, каждый может оказаться в неоднозначной ситуации.

— Почему Вам было принципиально создать именно социальный проект?

— Важные для общества вещи декларативно существуют в формате научных статей, публицистики, но их нет у категории образа, от которого люди могли бы оттолкнуться и начать что-то делать. Эти вещи надо визуализировать. И кино для этого — лучше всего, оно максимально демократическое, понятное. Лет 5 назад для киносъемок нужны были большиесредства, а в настоящее время ситуация изменилась, если, конечно, разумно относиться к процессу и выдвигать реальные требования. Почему социальный — потому что

рассчитано на современного зрителя, с чем он живет, сталкивается. То, что действительно наше. Мы рассказываем об Украине — не как о победителе во Второй мировой войне, не о славных традициях казачества, об этом расскажут и без нас. А такая ниша — современный фильм, который честно рассказывает о реалиях жизнь, — теперь не заполнена.

— Что лично Вам интересно снимать?

— Я снимал бы, честно говоря, многобюджетные сказки для взрослых. Например «Русалка», которую снял в конце 90-х, — история об одиночке, которая живет в забитом украинском селе, идет рыбачить и среди зимы вытягивает замерзшую девушку-русалку. У них начинается личная жизнь. Но она с хвостом, и эта жизнь идет абсолютно набекрень. Когда в конце концов теплеет, он своих детей — головастиков и русалку выбрасывает назад в пруд. Решил, что лучше быть самому. Такая ироничная мелодрама, абсолютно постмодерная сказка, построенная на украинском поэтическом кинематографе. Лента была супер хитом в прокате, получила кучу призов. Но в то время

какое-то кино никому не было интересно...

— С чем это было связано?

— В 90-ые годы в мире происходил процесс де сакрализации кино. Кино потеряло функцию выразителя духа, и уже ее не повернет. Кино очень важно, но теперь не имеет мистического наслоения. В настоящее время какие-то мистические вещи возлагают скажем на гугл. Зато у нас процесс происходил иначе, но параллельно с этими мировыми тенденциями. Если там кино стало очень распространенным, то у нас сформировалась абсолютная пустота. Теперь мы это понимаем, потому что каждый может снимать фотоаппаратом. У них уже тогда не было той дистанции, Ларс фон Триер брал какую-то хоум-камерку и снимал на нее кино. Декларируя, что горшки не только боги могут выжигать. А у нас в это время умерло все, что было. Карликоподобные советские киностудийки доживали свои последние дни.

— Каким видите кино будущего?

— С одной стороны, кино будет лишаться пророческих черт, которые ему навязывали, а из другой — получает определенную свободу действия. Как в свое время состоялась рок-революция в музыке, когда молодые исполнители получили абсолютную свободу: каждый мог взять в руки электрогитару и что-то сыграть в подвале. И они не просто играли, а рассказывали свою историю, впечатление, эмоцию о жизни.

Так же сейчас состоятся, мне кажется, определена «гаражная» революция в кино. Уже не будут оценивать художественные качества истории, а она непосредственно будет касаться того, которое волнует сообщество, объединяет, с ними напрямую будет разговаривать — с молодежью, интеллигенцией, рабочими... народными депутатами ли.

Поделитесь в соцсетях:

Оставьте комментарий! (комментарий появится после модерации)

Не регистрировать

Премодерация - комментарии проходят проверку.

Укажите email и пароль.
(Если Вы хотите зарегистрироваться Вам нужно будет подтвердить еmail.)



(обязательно)