Новости культуры и искусства

Марина Гримич: Я еще бутон

Рубрика: Литература
Метки: |
Четверг, 30 августа 2012 г.
Просмотров: 1291

— Госпожа Марина, как вы приобщились к идее «Женского кулака»?

— Меня привлекли к этой идее Диана Клочко с Петром Мацкевичем. Я с радостью согласилась, потому что считаю, что все авторы «кулака» — начинающие. И это будет для нас красивой промоцией.

— Но «Эгоист» — это уже четвертая ваша книжка.

— Все равно я считаю себя начинающим. Я был еще не раскрывающимся. Я еще — бутон. В настоящий момент не советские времена с их плановой экономикой, плановыми рецензиями. В настоящий момент мы сами себе пробиваем дорогу и в группе это более легко делать, чем в одиночку.

— Учитывая название серии, в которое входит роман «Эгоист», вы не можете не иметь собственной точки зрения на украинское феминистическое движение.

Марина Гримич

— Так сложились обстоятельства, что я не принадлежу к феминисткам, но очень уважаю и ценю наших украинских женщин. Считаю, что они личности во всем — и в быту, и в карьере. Хотя я не разделяю радикальных взглядов некоторых украинских феминисток о том, что женщины более высоки, чем мужчины. Считаю, что есть прекрасная женская культура, прекрасная мужская культура. К тому же как этнолог я исследовала этот вопрос. Статус женщины в украинском обществе всегда был на порядок более высокий, чем в других. Но однако это было патриархальное общество. В настоящий момент уже доказано, что матриархату нигде и никогда не существовало.

— Почему вы решили написать произведение о мужчине? Наболело?

— У нас сложилось кое-что пренебрежительное отношение (конечно, со стороны мужчин) к женской литературе. Решила доказать себе и другим, что женщина может достойно написать о мужчине. Кроме того, имею правило, которое всегда пишет только о том, которое знает. Образ эгоиста, хоть он и не идеальный, мне импонирует. Мне интересно было с этим образом поработать.

— Поговаривают, что прототипом главного героя является ваш муж — Игорь Осташ...

— В значительной мере — да, хоть я пыталась это завуалировать с помощью определенных политических мотивов. Это мне мало удалось, потому что уже некоторые наши знакомые из политических кругов начали спрашивать, зачем я это писала, зачем раскрывала для общественности их жизнь. Чтобы полностью не отождествляли мужчину с моим «эгоистом», я ввожу в сюжет семейную пару — Марину и Игоря. Хотя не буду врать, будто главный герой — полностью «слизанный» из моего мужа. Я не умею так вот братья человека и полностью переносить в текст. Главный герой — это сборный образ.

Вы, как практически все украинские писатели, не зарабатываете деньги литературным творчеством...

— Да. Я выкладываю в Киевском университете им. Т. Г. Шевченко на историческом факультете, кафедра этнологии. В настоящий момент работаю над докторской диссертацией.

— Что вас побуждает заниматься в то же время литературой и преподавательской работой?

— Таков у меня характер. Из меня уже дома смеются, когда утром в выходной первой моей фразой является: «Давайте спланируем день». С одной стороны я люблю порядок и четкость, а из другого — боюсь погрязнуть в ежедневной рутине. Литература существует для меня как способ расслабиться. Кроме того, писать мне нравится. Я с детства знала, что буду писательницей. Но, взявшись за карьеру, думала, что к писательству созрею разве что на старосте лет. Но «Коронация слова» дала мне шанс начать свою литературную деятельность раньше.

— И как относятся к этой вашей деятельности коллеги по университету?

— Я пытаюсь не говорить об этом на историческом факультете. Во-первых, потому что пришла я туда — из филологического. Я кандидат филологических наук. И мне бы не хотелось разговоров, мол, что ты, филолог, делаешь на историческом факультете? Или почему ты пишешь художественные тексты, когда твое дело — выкладывать. Поэтому на работе я веду себя скромно, не делаю себе литературную рекламу. Но из интервью и публикаций однако узнали. И быстрее всего информация распространилась среди студентов. Они покупают мои книжки, просят автограф, а затем на экзамене я уже не могу поставить им плохую оценку. То есть это мешает моим служебным обязанностям, поэтому я изо всех сил пытаюсь молчать и не разводиться о своем писательстве.

— Как воспринимает человек ваше творчество?

— Положительно. Хоть я ужасно боялась негативной реакции. О первом романе, который подала на конкурс, сказала ему уже тогда, когда имела на руках сообщение о том, что я попала в финал. Он очень удивился, потому что думал, что я по ночам пишу диссертацию. Да и для всех это была неожиданность: для родителей, для детей...

— Сколько детям лет?

— Дочке — 19, а сыну — 8 лет. Вообще же мой муж — человек с западной ментальностью. Он знает, что это все работает на имидж семьи и на его имидж. А политики очень об этом заботятся.

— Как вы относитесь к своим коллегам по «Кулаку...» — Марины Медниковой и Ларисы Денисенко?

— Мы понравились друг друга. У них нет фальши и они прикольные. Такие, как и я. Хотя и пишем, и мыслимо мы полностью по-разному. И это хорошо.

— Относительно «эгоистичного» гардеробу. Неужели у вашего мужа он такой роскошен, как изображено в романе?

— Намного более скромный. Но то, что я написала, мы собираемся воплотить в жизнь. Не за количеством вещей, а за тем, как за ними нужно присматривать. Просто в настоящий момент мы имеем маловатое помещение, чтобы позволить целую комнату выделить под гардеробную. Но работаем над этим вопросом.

— Где вы любите отдыхать, кроме как за компьютером, со своими романами?

— В селе, где родился мой муж, на Прикарпатье. Я уже там вкоренилась. Но время от времени Осташ берет меня в заграничные поездки. Как этнограф я люблю экзотичные страны. Но билеты очень дороги, поэтому еду лишь когда его приглашают с женой. Я была в Китае, поездила по арабскому миру. В Турции и на Кипре я была не как туристка, а как этнограф: странствовала.

— Украина ли, с точки зрения, скажем, европейцев, — экзотичная страна?

— К сожалению, нет. Для европейцев — это обычная провинция, со всеми ее атрибутами — необустроенным бытом, ментальностью. Украина неинтересная ни с точки зрения экономики, ни с точки зрения культуры. Потому что мы такие ленивы, что даже свои огромные духовные приобретения ленимся как следует подать.

— Чаще ездите с детьми или сами?

— Чаще сами, потому что с детьми очень дорого. Но семья у нас очень дружна, хоть каждый в ней — индивидуальность. Любим юмор, часто даже — черный. Поэтому временами посторонние нас не понимают.

— Как появились в вашем романе анархисты национала?

— Национал-анархистская позиция очень жестока. Я не могу сказать, что это моя позиция. Но когда я смотрю на Украину, то мне кажется, что другого выхода нет. Нельзя решить наши проблемы, не отстранив (конечно, никоим образом не имею в виду физического уничтожения) определенную категорию людей от власти.

— Какая Вам нравиться парфюмерия...

— В настоящий момент расскажу. Я очень чувствительна к запахам. Подавляющее большинство парфюмерий вызывают у меня аллергию. А это арабские парфюмерии. Мы вовсе не знаем культуру запахов арабского мира. Все французские парфюмерии начинаются с востока. Арабы на этом понимаются. И не только на парфюмерии, арабские танцы во все времена завораживали, особенно славится арабский танец живота, в нем женщина открывается, познает себя, свое тело, открывает свой физический и творческий потенциал, а также наполняет светом и энергией душу.

Жена нашего посла в Эмиратах повела меня в магазин, где из всех запахов я выбрала этот. Он не популярный у арабских женщин, но мне очень понравился. И думаю, что в Киеве никто, кроме меня, такой парфюмерии не имеет.

Виктория СТАХ

Поделитесь в соцсетях:

Оставьте комментарий! (комментарий появится после модерации)

Не регистрировать

Премодерация - комментарии проходят проверку.

Укажите email и пароль.
(Если Вы хотите зарегистрироваться Вам нужно будет подтвердить еmail.)



(обязательно)