Новости культуры и искусства

Неделя живописи - изображение предметного и беспредметного мира

Рубрика: Изобразительное искусство
Метки: | |
Понедельник, 23 мая 2011 г.
Просмотров: 1423

Первый взгляд ребенка на мир является абстрактным, он проникает мышлением в глубину предмета, от явления к сущности», — отмечает в аннотации к своему проекту «Старт1» в рамках III Недели актуального искусства во Львове Ивано-Франкивская мастерица Беата Корн. Сформулировав тему На пределе: Абстрактное - Реально», организаторы задали хороший тон для рассуждений о «предметном и беспредметном изображении мира», «реальности абстракции и абстрактности/условность реализма», в который раз актуализировали мысль о том, что искусную реалистичную живопись иногда значительно тяжелее понять, чем абстрактный...

Неделя актуального искусства будет длиться до 29 августа. Экспозиции можно осмотреть на новой территории города — Фабрике повидла (ул. Б. Хмельницкого, 154), в «Волчке», Музее идей, Львовской галерее искусств, Дворце искусств, а в Первый украинский театр для детей и юношества приглашают на пересмотр видеоарта в рамках блока «Медиадепо».

Относительно противопоставления реального и абстрактного, то наглядным воплощением этой идеи являются выставки Романа Жука во Львовской галерее искусств и Василия Бажая и Тиберия Сильваши во Дворце искусств. Оба проекта трех авторов презентованы в блоке Недели актуального искусства «Классика».

Роман Жук : «В реалистичной живописи сложнее скрыть свою непрофессиональность»

Бывший житель Львова Роман Жук, который от 90-х живет и творит в Амстердаме, интересными сюжетами и колористикой натюрмортами и портретами достойно представляет современный реализм. Ироничный, откровенный, иногда провокационный, Роман Жук привлекает силой чистого и глубокого цвета. Он рисует (кстати, всегда из натуры) бананы разной степени спелости и другие экзотические фрукты, раскрытые раковины с жемчугами, женские портреты, обнаженные натуры...

— Опровергните ошибочное представление части потребителей искусства о том, что изображенный банан или ананас проще понять, чем абстрактные линии и пятна...

— Когда так говорят, идет речь об очень поверхностном восприятии. Если говорить о настоящем искусстве, как я его понимаю, то не суть важно, это ли реалистичная картина, формальная ли. Я очень люблю рисовать, но не думаю о том, какой у меня подход. Для меня более важны другие дела, в частности абстрактные, которые есть в каждой композиции. Оттенки цвета, сугубо формальные пятна — все это существует в реалистичной живописи, он с того и складывается. В то же время есть еще один маленький нюанс. По моему мнению, в реалистичной живописи сложнее скрыть свою непрофессиональность... Этот нюанс меня очень подкупает, такая сложность меня поглощает, держит в тонусе. Кроме того, имею очень хорошую профессиональную школу, которая также помогает свободно чувствовать себя.

— О Вас говорят, что балансируете на грани китча...

— Больше всего это связано с серией «Грабители», в которой я даже задание себе такое сформулировал: выдержать предел между искусством и китчем. Относительно других работ, то меня тема китча всегда держит, но с ней надо быть очень-очень осторожным, а в то же время — приятно забавляться. Есть немало примеров абстрактной живописи из очень крутым китчем, но он так замаскирован, что художники, которые работают в абстракции, и не подозревают. Порой китч трактуют в том смысле, который должен быть что-то реально нарисовано. Но китч — это соответствующая эстетика. И там, где, казалось бы, хотят его спрятать, он все равно прорезается.

Неделя актуального искусства— Вам не интересно выйти за пределы живописи и попробовать другие жанры — перформенс, инсталляцию...

— Интересно. Но это слишком серьезная вещь, я бы не хотел делать перформенс только для того, чтобы показать, что я современный художник. Такая поверхностность меня не привлекает. Но я сделал серию работ (теперь решаю, где их представить, возможно, в Киеве) и снял к ним два видеофильма, как составляющую серии.

— Какой вид искусства влияет на Вас сильнейший?

— Музыка имеет очень сильное влияние... Особенно современная. Но недавно меня очень поразила картина Фрэнсиса Бекона, художника, чье творчество мне очень нравится. Однако во время восприятия искусства не удается абстрагироваться от сугубо профессионального анализа.

tam6 — Как воспринимают современное искусство за рубежом и в Украине? Мы отстаем в восприятии?

— Нельзя формулировать в таком контексте, что отстаем или идем впереди. Для восприятия искусства очень важна общая атмосфера в обществе, в частности то, на каком уровне воспитывают, учат студентов. К сожалению, у нас художественные академии не всегда на должном уровни. На Западе страны более открыты, люди имеют возможность больше увидеть, и это создает соответствующую атмосферу, высокий уровень. Конечно, очень хорошие и очень плохие примеры в искусстве есть и здесь, и там. Я говорю об общей атмосфере, общем уровне...

— Но не нивелируется ли за рубежом классическое базовое образование, которое Вы в свое время получили и которая Вам добавляет уверенности? Нужна ли она сегодня?

— За рубежом ее нет в приоритете. Там на первом плане — креативность художников, свобода и тому подобное. Но одно второму не должен мешать, напротив. Я считаю, что профессиональный уровень, классическая школа живописи или рисунка целесообразна только тогда, когда необходима для создания. А если сама по себе, как самоцель, то это не оправдано.

Тиберий Сильваши : «Я почти перестал наслаждаться искусством»

Киянин Тиберий Сильваши (на фото слева) вместе с Василием Бажаем (на фото справа) представляют абстракцию в проекте «2». Сильваши с помощью чистых цветов, нанизывая несколько рдел краски, творит фактуру полотен, на которых спонтанно проявляются сюжеты. Желай заново заключает реконструированные геометрические плоскости, изложенные из «месива» красок и цветов.

Тиберий Сильваши, которого называют гуру абстракции, королем цвета, входит, по оценкам экспертов, к топ-десятке самых популярных и самых успешных художников Украины.

— Прислушиваетесь ли хотя бы иногда к «подсказкам» зрителю?

— Пытаюсь не делать этого. Но надо было означать цикл из 9 работ, представленных на этой выставке, а на холодильнике лежал томик Джойсового «Улисса», вот я и сказал: пусть будет «Улисс». В действительности тема всех моих работ — живопись, это рефлексии относительно живописи. Поэтому этот цикл можно было назвать и «Веласкес». Названия нет, потому что в принципе не должно быть толчка для понимания того, что есть живопись. Плоскость, которая перед глазами, работает как информация для феноменального потребления. Я уже говорил, что граница и напряжение идет не столько между реализмом и абстракцией, сколько между проблемой реальности. И она скорее проходит по грани наративности-ненаративности. Очень много описывают, думая, что видим, скажем, обнаженную фигуру, банан ли — если отталкиваться от произведений Романа Жука... Но это только первая информативная система, которая ведет дальше. Тот же банан имеет намного больше сложности, конотаций, чем вещи, которые могут быть описательными и в конечном итоге не вести к таким глубинам, к которым ведет банан...

Неделя актуального искусства— В свое время Вы презентовали проект транскрипций к творчеству Рембрандта — как рисовал бы художник, если бы жил теперь и был абстракционистом...

— К 400-летию Рембрандта я написал текст «Рембрандт-zoom» и сделал выставку. Zoom — приближение. Идет речь о приблизительном понимании Рембрандта в приближении глазами нынешнего художника, который видит мир так, как Рембрандт. Планировал также сделать транскрипции Веласкеса — в конечном итоге, это абсолютный Веласкес (показывает на цикл «Улисс». — Авт.) и Вермера (теперь написал о нем только текст).

— Какие проекты Вам теперь более интересно делать — выставки наподобие представленной на Недели актуального искусства или проекты наподобие транскрипций Рембрандта, «Крыльев» (громадные полотна-«крылья» перед закрытием экспозиции разрезали на квадратные куски — «для продажи»)?

— Еще в начале 90-х я писал о том, что картина закончилась как таковая, теперь имеем дело скорее с объектом. А объект — открытая структура. Картина, которая имеет 500-летнюю историю, — закрытая структура, ограниченная рамой, внутренней структурой рассказа и другой. А такие вещи, как представлена во Дворце искусств экспозиция — открытая структура, и ее можем скорее назвать инсталляцией, чем выставкой.

— Те, кто покупает Ваши работы, понимают их?

— Думаю, те, кто приходит на мои выставки, часть понимания имеют. Но в целом те, кто воспринимает такое искусство, — очень узкая ниша, и не только у нас, но и в Европе, Америке...

— Современным художникам нужно классическое образование?

— Я уверен, что так. У меня давний диалог по этому поводу с нашими художниками, потому что они считают, что классическое образование не нужно. По моему мнению, артикулировать мысль, даже если идет речь о концептуализме, можно точнее, если владеешь тем, что я называю «постановка руки и глаза».

— А если художник не рисует, а, скажем, творит перформенсы...

— Идет речь о том, что называют ощущением ритма или пространства. В таком случае ты не задумываешься, что делаешь своим телом. Но твое тело, если ты некоторое время поработал с этими внутренними ритмами, воспитанное так, что точно будет строить свое отношение к мысли или к интуитивным вещам, которые ты сейчас чувствуешь.

— Какое искусство на Вас имеет наибольшее влияние, как на потребителя?

— Я не потребитель, а профессионал. Почти перестал воспринимать искусство как человек, который наслаждается, независимо от того, это ли живопись, литература ли, музыка ли... Восприятие теперь работает совсем иначе, ты компонуешь внутренние структуры, пытаешься понять, каким образом это связано с историей искусства, с историей социальных вещей, на чем базируется...

Поделитесь в соцсетях:

Оставьте комментарий! (комментарий появится после модерации)

Не регистрировать

Премодерация - комментарии проходят проверку.

Укажите email и пароль.
(Если Вы хотите зарегистрироваться Вам нужно будет подтвердить еmail.)



(обязательно)