Новости культуры и искусства

Оксана Луцишина - украинская писательница за рубежом

Рубрика: Литература
Метки: | | |
Четверг, 20 августа 2015 г.
Просмотров: 810

Оксана Луцишина

"Золотой автор Украины" - это еще не обязательно хороший писатель. Взгляд украинской писательницы Оксана Луцишиной на "женскую" литературу, и способ выживания в западном образовании.

Оксана Луцишина волей судьбы и обстоятельств очутилась в тени своих подруг, поэтесс и прозаиков - Марианны Кияновской и Марьяны Cавки, и конечно зря. Уже первый поэтический дебют Луцишиной ознаменовался происхождением класицистичного, но от того не менее живого голоса: "Пойдем с тобой вместе / На старую карусель. / Вращение по кругу /Успокоит /и вознесет". Сильно же написано. Она - лауреат премии " Благовест" и премии имени Б.-И. Антонича.

Оксана Луцишина

Луцишина, как правило, проживает в последние годы в США, но в течение десятилетия в Украине вышли две ее прозаические книги - сборник рассказов, "Не краснея" и "Солнце так редко заходит". Их заметили и о них говорили. Высокая женская проза, если хотите. Без иронии. В этом году планируется выход еще одного романа - в очень и очень популярном издательстве.

В наше время важно знать иностранные языки, для изучения которых созданы университеты, курсы и школы. Если нужно срочно перевести текстовый документ, или понять о чем говорит бизнес партнер, для этого существует бюро переводов на Лепсе специализирующееся на более 30 современных иностранных языках. Стоимость перевода зависит от количества страниц и срочности перевода, в бюро работают профессиональные переводчики, мастера своего дела заказать перевод можно на сайте perekladach.ua.

Оксана Луцишина

На первом Международном фестивале рассказа Оксана рассказала о современной украинской литературе и плюсах и минусах западного образования, к которому все так стремятся.

Оксана Луцишина училась в Университете Южной Флориды, а потом Phd (Doctor of Philosophy, - ред.) в университете Джорджию. Жила и в Флориде, и в Джорджии. А вот сейчас будет преподавать в Техасском университете в городе Остин украинистику - язык и литературу. Среди писательниц, которых Оксана будет читать со студентами, будут наши современницы: Светлана Алексеевич, Дубравка Угрешич, Герта Мюллер, Софи Оксанен, Оксана Забужко, Ольга Токарчук. Весной же буду читать курс "Украинская литература ХХ века".

Оксана Луцишина о "женском письме" и "женской прозе".

Книжные магазины преимущественно ориентированы на аудитории, которые такой терминологией не владеют. Это, собственно, более научный подход к делу. "Женское письмо" - полностью легитимная тема, абсолютно легитимный дискурс. Все это знают, все этого сознательные, и не только на специализированных кафедрах феминистических студий.

С одной стороны, женская онтология важна и во многих смыслах не прописана: что такое быть женщиной-писателем, что такое описывать женский опыт? Четкого понимания этого и у нас нет, но и в мире, в действительности, также. Исследователи говорят о том, что женщины начали писать-говорить во весь голос не так давно, а потому этого еще совсем нет такая давняя традиция, и она не слишком хорошо исследована. Была, конечно, Гильдегарде фон Бинген, но это скорее исключение. Нужно помнить о том, что женщины редко имели доступ к полноценному образованию.

Если бы нужно было бы дать быстрое определение этому письму, Оксана сказала бы, что оно наполнено определенным типом переживаний и, возможно, другим ощущением времени. Акценты расставлены иначе. Исследователи, например, Маргерит Дюрас обращали внимание на звуки и голоса в ее романах. Мужское письмо - более "визуальное".

Но в Украине к женскому письму подходят с презумпцией второстепенности. Женское - значит декоративное или смешное. Назвать женщину "одиноким мужчиной" - это честь, а мужчину назвать женщиной - это обида на всю жизнь.

Кстати, не обязательно быть женщиной, что бы писать "женские" тексты. Ведь женщина может спокойно писать "мужские". Например, есть такой Тагар Бен Джеллун, тунизиец, пишет на французском - женское письмо, классическое, и не по схеме "мужского оргазма" нарастания действия и кульминации, а по схеме женского - "волнами".

Здесь дело не в том, какой пол, а в разработанности основополагающей онтологии, Инаковости. И эта Инаковость теперь все еще маргинализирована в украинском литпроцессе. У нас путают понятие. Если писала женщина - следовательно, женский текст; если "о любви" - то это женское письмо, а в действительности это может быть жанровая литература, которая, хоть часто и качественная, не ставит себе, как правило, мыслетворческих новаторских заданий.

Литературное поколение

Можно говорить не столько о поколении, Кияновская как раз сказала - сколько об определенной группе людей, единомышленников, старших и младших. А нас трех связывает очень давняя дружба. Из дружбы часто все и рождается: и поколение, и тусовки, все вообще. В литературе нет ничего важнее собеседника, тем более в нашем украинском контексте, где нет журналов как площадок для обсуждения определенных вопросов.

Если продолжать разговор об однодумстве, то я скорее называла бы Василия Махна, мы с ним давно очутились на одном континенте, общаемся и поддерживаем связи. Он важен мне как человек и писатель.

На начало декабря Оксана Луцишина готовит роман. К сожалению приехать в Украину раньше Оксана не может, что бы его презентовать, но и мне, издателям и писателю в первую очередь важно, что бы была возможность пообщаться с читателями. Роман называется "Любовная жизнь". Там идет речь, конечно, о любовной жизни, но в действительности это роман об изгнании - в глобальном смысле слова, не только географическому или геополитическому. Мы все изгнанники из того или другого Рая - детства, отношений, общего пространства с кем-то, кого мы любили и потеряли. Это моя тема, мой, так сказать, кластер; у меня еще несколько текстов сейчас в работе.

Современной украинской прозы нет, потому что для серьезной прозы нужно время. Время писать и время думать. Просто думать, без дедлайнов и Дамоклового меча Форума. Писатель должен быть защищенным социально. Нужная государственная программа для прозаиков, разные гранты - а не только Фулбрайт (для ученых), фонд Ахметова и Gaudе Polonia. Это катастрофически мало. Украинский писатель вынужден в первую очередь думать о заработке, как и все другие граждане, а писать - это таки работа. И пишешь не председателем, пишешь хребтом, драйвом, собой целым, как-то так.

И должен знать, что оно кому-то нужно. Пишешь, когда знаешь, грубо говоря, что "кто-то нуждается слов твоих" и что тебя - любят. Грант - это символическое выражение этой любви вселенной, которую должен чувствовать. Приличный (а не союзный) дом творчества, которых в США, например, очень много - это круг собеседников, что тоже архиважно. Если кто-то пошел в жанровую прозу и заработал каких-то денег, то это прекрасно, это правильно, но для тех, кого этот путь не интересует, должны быть программы поддержки, дома писателей.

Впечатления от диаспоры

Диаспора - это все равно, что спросить - какое впечатление от метрополии? Впечатления от диаспоры - разное. Диаспора - в любом случае не монолитная структура. Если говорить здесь, в Украине, о Нью-йоркской группе, о последних пятидесяти-шестидесяти годах развития литературы в эмиграции. Есть ли потребность говорить, что это - "украинская литература, созданная там"? В идеале, думаю, мы двигаемся к ситуации, когда не надо будет вспоминать, где кто жил. Как у поляков: есть Гомбрович, есть Милош. Бараньчак. Посмеет ли кто-то сказать, что это "диаспорные поляки"?

Как человек со своими вкусами могу говорить об отдельных персоналиях, отдельных текстах. Как литературовед скажу, что Нью-йоркская группа - это важное явление. Сравнивать кого-то из Гомбровичем, наверное, непродуктивно, потому что сравнения преимущественно непродуктивны, когда идет речь о разных национальных контекстах, разной истории.

Для Оксаны Нью-йоркская группа - это в первую очередь служение литературе и идее. Их литература родом отсюда, из Украины. Не в том вещь, хотим мы о них помнить или нет - они уже вписали себя в эту литературу, потому что они о ней - и о нас - не забывали ни на мгновение. Когда-то Николай Рябчук говорил о том, что Нью-йоркская группа очень скоро выродилась в такое себе гетто, начав считать, что творит что-то впервые и что-то полностью чрезвычайное.

Есть одна история. У Оксаны Луцишиной есть друг из черного гетто, и мы разговаривали о временах сегрегации, когда черные и белые должны были жить в разных районах, есть в разных ресторанах, пользоваться разными гардеробными и тому подобное. Так вот он говорит, что они скорбят по временам сегрегованого гетто, потому что тогда у них была собственная культура. А теперь они все распылены, расизма будто нет, но и создать ту community им значительно тяжелее. Поэтому, возможно, определенная изоляция (сознательная, избранная) на каком-то этапе и в каких-то исторических обстоятельствах просто не уникальна и даже в чем-то полезная. Это раз. А второе - действительно ли это было гетто?

По поводу Критики

Покажите мне в Украине прозаика, которого здесь бы что-то удовлетворило в смысле сознательной критики! А вообще, если точнее относительно реакции, то это зависит от того, о чем речь. Потому что есть реакция серьезной критики, есть реакция читательской общественности и есть какое-то медийное "засвечивание". Но у нас это все не сбегается.

Критика может среагировать на хорошего автора, но медиа могут совсем его не знать, и хороший писатель - это еще не обязательно "золотой автор Украины", как и "золотой автор" - не очень хороший писатель.

С читательским откликом в целом еще сложнее - у нас преимущественно малые тиражи, потому успех Донны Тартт здесь вряд ли скоро кому-то засветит. Мои первые книги имели какую-то реакцию со стороны критиков, но достаточно малую, как и подавляющее большинство книг, что у нас выдаются. Институт критики лишь сейчас начал развиваться. Что же касается читательской общественности, ну, здесь смешно о чем-то говорить, потому что две тысячи тиража для прозаической книги - это достаточно мало. К тому же, то издательство не организовывало ни презентаций, ни туров.

Западная система образования - она действительно система для человека? Как "инсайдер", как человек оттуда - скажите, поделитесь.

- Однозначно - да. У меня есть с чем сравнить, потому что училась в США сначала на одной магистратуре, потом на другой, а потом в докторантуре, а перед выездом из Украины работала на одной отечественной кафедре, которая, может, была и неплохая, но сама система плохая. Литературы не было, семинаров не было, ты брошен на произвол судьбы. В США докторантура или магистратура - это семинары, и диссертацию никакую тебе никто не позволит писать, пока ты не закончишь свои семинарские часы (а это приблизительно шесть семестров). И ты на этих семинарах постоянно пишешь, потому что весь процесс организован вокруг письменных работ.

Я уже давно убедилась - толком запоминаю и понимаю именно то, о чем писала. Поэтому это полезное упражнение. Приобретаешь нужный уровень эрудиции. Еще есть важный момент - плагиат не проходит. Вообще работа в полсилы не проходит. Халтура не проходит. Я не говорю, что все выпускники - гении, но система так организована, что просто не пропускает "провальных" кандидатов. Потому что учиться трудно. Действительно трудно, ты же преимущественно еще и выкладываешь, что бы себя как-то прокормить (и твои студенты пишут уже упомянутые письменные работы, а тебе их проверять, а это не наши "рефераты"-компиляции).

Американский семестр - это своего рода horror; если ты дожил до конца без нервного срыва, то это большая победа.

Но в действительности там есть проблемы - не академические, а социальные и финансовые. Сейчас с системой высшего образования сложно. Бюджеты урезаются, ты заканчиваешь докторантуру - и работы у тебя после университета нет.

Там сейчас целые армии профессиональных специалистов, которые любят свое дело, но вынуждены работать контрактниками (adjuncts) за копейки. Были случаи голодных смертей - не в моем штате, но все же. Были случаи, когда люди жили в машинах, потому что не было за что нанять жилье. Об этих реалиях американской жизни в Украине мало знают. Средний класс практически уже не средний, а достаточно бедный.

В моем романе героиня так резко беднеет из-за определенных обстоятельств, практически падает на дно, и вот когда кое-кто из моих первых украинских читателей дошел до этих страниц, то начал мне забрасывать необъективность - мол, в Америке такое невозможно. Заверяю вас, возможно еще и не такое!

- Вы писали о дрогобичанине, польском еврее с немецкими корнями Бруно Шульца. Кем он должен быть для Украины, рожденный при одной империи - убит в совсем другой стране? Его популярность растет, есть переводы, есть фестиваль, но место его здесь не понятно. Как о нем говорить?

- Думаю, здесь много идентичности. Как с Марком Твеном: он американский писатель или писатель американского Юга? Я скажу так - я родом из Закарпатья, а Закарпатье - это пограничная территория. А отец мой родом из Самбора, родители матери - из Центральной Украины, и мне не всегда было в Ужгороде уютно: например, в школе треть одноклассников говорила между собой венгерской, и я понимала, что вот здесь есть какой-то еще контекст, а я из него исключена.

Ты ходишь по городу, но всегда знаешь, что там есть еще кто-то. Ты постоянно чувствуешь присутствие кого-то еще. В этом плане Шульц эмблема для Украины. Закарпатье, Галичина, Черновцы - всегда там был "еще кто-то", это же многонациональные края. Да и другие регионы Украины, ведь везде жили и живут евреи, например. И чем лучше мы будем знать того же Шульца - тем полнее будет наша картина мира и собственного дома. Шульц напоминает, что мы все родом из пограничной зоны.

Мир любит истории. Но и быстрые реакции он тоже любит. Есть, вероятно, такие формы существования, когда рассказ - это лучший способ справиться себе с ситуацией. Например, Ергович - как же еще можно было писать об осаде Сараева? Недаром сейчас в Украине становится важным жанр репортажа, другие короткие формы - потому что как иначе расскажешь о травме войны, на романное осмысление которой пойдут годы, а сказать надо здесь и теперь.

Поделитесь в соцсетях:

Оставьте комментарий! (комментарий появится после модерации)

Не регистрировать

Премодерация - комментарии проходят проверку.

Укажите email и пароль.
(Если Вы хотите зарегистрироваться Вам нужно будет подтвердить еmail.)



(обязательно)