Новости культуры и искусства

Воспоминания ликвидаторов аварии на Чернобыльской атомной станции

Рубрика: Человек и общество -> История
Метки:
Суббота, 29 октября 2011 г.
Просмотров: 2417

ликвидаторы

...В ад Чернобыля Леонид Антонюк попал 4 мая 1986 года. Тогдашний начальник отдела пожарной охраны подполковник Б. Чумак направил его с группой работников пожарной охраны Житомира на выполнение задания непосредственно на атомной электростанции в Припяти: "Я был назначен командиром этой группы. Поэтому май 1986-го начался для меня под знаком "тяжелой воды". Напряжение было невероятное. Что выделить из той фантастической реальности?...

6 мая утром нас, из Житомира, Киева и ребят из Белой Церкви (по две машины) опять вызывали на особенное задание. Перед выездом мы попросили новые костюмы, но нам их не дали. Не было. Хорошо, что хотя бы мы имели на тряпки бракованные чулки. Одели их на головы, да и поехали. Нас встретил генерал-майор В.Соколов. Он объяснил, что мы должны откачивать воду из-под реактора. Начали готовить автомобили. А наш, как назло, "не хочет" выбирать воду на два рукава. Выясняется - по пути сюда прогорела и наполовину перекрыла отверстие газостроя маленькая прокладка. Поэтому и не было силы всасывания на 2 рукава...

После устранения неисправностей мы поехали на реку тренироваться. Генерал нас нашел там, поругал, что поехали тренироваться без его личной команды в радиационно опасную зону и отправил обратно в часть. А вечером привезли данные о радиационной обстановке - там, где машина будет стоять в помещении - 50-60 рентгенов. Это если ворота закрыть. На выезде из помещения - слева и справа - больше 1000. А где будет проходить магистральная рукавная линия - до 600 рентгенов. В тот день мы получили от генерала Соколиная задание, что мы будем выполнять на АЭС. На пяти машинах поедут 5 водителей, будут воду выбирать, а 20 солдат проложат рукава на полтора километра. Офицеры, мол, остаются. Но мы сказали генералу, что мы поедем со своими водителями...

Следом за бронетранспортером мы подъехали просто к парадному входу на ЧАЕС, спустились в бункер, где перед этим штаб размещался - бетонный пол и 16 табуреток. Раздал нам врач таблетки, посоветовал спирту выпить, кто сколько осилит, и поехали мы к реактору. Ребята из Белой Церкви первыми свою машину подсоединяли, и пошла вода в очистные сооружения. Вскоре когда закрыли ворота, машина немного поработала в помещении и заглохла. А здесь еще и водитель наш исчез где-то. Потом выяснилось: потерял сознание, забрала его "скорая". Это и не удивительно, из еды - сухари и горох в томате, воды нет совсем, лишь десятидневный кефир...

Побежали мы с капитаном П. Зборовским темными тоннелями под реактором к машине, и долго не могли понять, чего она не работает. Потом Дяченко из Белой Церкви догадался, открыл ворота. Но это все равно значило, что машину надо уже менять. Поэтому подошла очередь к Житомирской технике. И заново все надо подсоединять. Реактор мог в любую минуту провалиться в воду. А это - водородная бомба. В радиусе 300 километров не осталось бы ничего живого. Мы с солдатами все заново сделали - работает машина. Хоть отдохнули немного. Но двигатель перегрелся и заглох. Взяли мы из покинутых машин инструменты и фонари и опять тоннелями полезли. Искали по разбитым трубам воды для радиатора, едва нацедили ведро. Мало. Тогда привязали ведро к бечевке, набрали еще 7 ведер той же радиоактивной воды, которую выкачивали, да и залили в радиатор танкового двигателя. Наладили, кажется, никто особо не задумывался об опасности ведь вода радиоактивная, требовалась промышленная очистка воды и специальная аппаратура. Вернулись к бункеру, перекусили, а здесь опять тревога. От большого давления, длительной работы истрескались рукава. Засвистела радиоактивная вода. Впоследствии кто-то еще бронетранспортером их переехал и порезал. Пришлось чинить. Все мы той радиоактивной водой тогда окропились. Только 8 мая в 2 часа ночи приехала смена. На бронетранспортере нашу группу вывезли из станции, разместили в Чернобыле в общежитии. Уставшие, мы там и уснули прямо на полу. Утром нас построили, поздравили. Рядовым и сержантам по 1000 карбованцев дали, а офицерам обещали по звездочке. Забыли, правда, потому что я майора только через год получил, по другому поводу...

А в Иванкове нас вся больница в слезах встречала, цветы охапками. Люди знали, что могло случиться. Накормили нас, шампанского, коньяку принесли. Конечно, обследование, анализы. Прибыл я в наш лагерь, а там уже поговаривали, что Антонюк погиб. В тот день я еще взял справку для водителя, который потерял сознание, что никакой он не дезертир, просто больной. Его отправили в Киев в институт радиологии. Да и коллег, которые откачивали воду, после обследования тоже госпитализировали.

Меня разыскивали, чтобы отправить в Киев на лечение, потому что анализы были плохими, но я должен был своих подчиненных, за которых отвечаю, доставить в Житомир. Поэтому, по согласованию с начальником возведенного отряда, я забрал из Иванкова. И утром 9 мая уже был в Житомире. Месяцы в нашей больнице отлежал, еще месяц в Киеве, а потом не раз пришлось лечиться. Здоровье у меня плохое. Разве же мы тогда береглись? Там одна мысль была - только о задании. Это как на пожаре. Быстрее, быстрее! Скорее! И все. Но жалеть теперь незачем.

Ситуация была чрезвычайна: или-или. Ошибок и промедления допускать нельзя было. Катастрофа требовала жертв, и мы шли на них сознательно. Преждевременно идут из жизни чернобыльцы. К сожалению, 57 житомирских работников пожарной охраны, среди которых и Александр Ткаченко, уже умерло, 76 стали инвалидами. Слишком горький привкус той радиации". За материалами пресс-службы ГУ МЧС Украины в Житомирской области.

Поделитесь в соцсетях:

Оставьте комментарий! (комментарий появится после модерации)

Не регистрировать

Премодерация - комментарии проходят проверку.

Укажите email и пароль.
(Если Вы хотите зарегистрироваться Вам нужно будет подтвердить еmail.)



(обязательно)